Назад в библиотеку

Особенности проведения реструктуризации предприятий угольной отрасли на региональном уровне

Автор:Л. Н. Таранюк
Источник: Таранюк Л. Н. Особенности проведения реструктуризации предприятий угольной отрасли на региональном уровне / Л. Н. Таранюк // Механізм регулювання економіки. — 2006. — №2. — С.139 – 143.

Аннотация

В статье рассмотрены вопросы, касающиеся практической реализации процесса реструктуризации предприятий угольной отрасли на региональном уровне. Рассмотрены проблемные аспекты проведения реструктуризации угольных компаний, роль государственного регулирования на данный процесс реструктуризации, программного обеспечения реструктуризации угольных компаний на региональном уровне, а также экологическая составляющая реструктуризации предприятий.

Постановка проблемы. В условиях трансформационной экономики неизбежно возникают кризисные ситуации как для системы в целом, так и для отдельных хозяйствующих субъектов. Часто в ответ система сама вырабатывает адекватные механизмы, которые сначала проходят апробацию на практике, а затем обосновываются теоретически. Одним из таких механизмов является реструктуризация [1]. Поэтому особенно при осуществлении хозяйственной деятельности предприятиями в депрессивных регионах – проведение процесса реструктуризации можно определить как одну из главных стратегических задач по повышению эффективности деятельности хозяйствующих субъектов. Необходимо отметить, что актуальность поставленной проблематики бесспорна, особенно в условиях кризисных ситуаций, с которыми сталкиваются предприятия угольной отрасли Украины (низкая или отрицательная рентабельность производства и продукции, задолженность по заработной плате, низкая мотивация труда, финансовая непривлекательность предприятий отрасли, привязка к бюджетным дотациям и т.д.). Все эти факторы побуждают к необходимости незамедлительного проведения реформирования предприятий данной отрасли Украины.

Анализ последних исследований и публикаций. Надо отметить, что проблематика системно – трансформационных процессов разрабатывается экономистами многих стран. Важный взнос в развитие современной теории структурной перестройки субъектов хозяйствования отображено в работах отечественных ученых – А. Афонина, Л. Батенко, В. Гейца, С. Довбни, В. Леоновой, А. Мендрула, В. Москаленко, Г. Савиной, Г. Швиданенко и др.

В заграничной научной мысли и практической деятельности вопросы реструктуризации приобрели огромное значение. Известны зарубежные исследования реорганизационных процессов в промышленности Л. Гоффмана, А. Зиндерберга, К. Нильсена, Дж. Поля, П. Хвойки, Л. Хоффмана.

Проблемы реструктуризации привлекли также внимание многих научный работников России, в частности, Л. Белых, В. Логиновой, А. Тутунджян, Р. Фатхутдинова, М. Федотова и других. Большинство работ в данной области сводится к комбинированию разных вариантов использования теоретических методик и рекомендаций экономического анализа для реструктуризации.

Нерешенные ранее части общей проблемы. Процесс реструктуризации до сих пор остается недостаточно изученным. К сожалению, сегодня отсутствуют специальные издания, посвященные вопросам практической реструктуризации. Поэтому автор данной статьи отразит практические аспекты проведения реструктуризации на региональном уровне, её проблемы проведения и перспективы получения положительных результатов.

Целью статьи является системное рассмотрение особенностей проведения реструктуризации предприятий угольной отрасли на региональном уровне.

Изложение основного материала исследования. На сегодня все угольные предприятия Украины принадлежат государству и находятся под юрисдикцией Министерства топлива и энергетики. Все они, за исключением 4 шахт, входят в состав какой-либо из 23 холдинговых компаний по добычи угля. Каждая из таких компаний насчитывает от 8 до 12 шахт, объединенных по принципу территориальной близости или же для совместного использования тех или иных хозяйственных объектов. Данные организационные мероприятия являются результатом реструктуризации структуры угледобывающего комплекса [2].

О состоянии дел и путях по улучшению работы, связанной с реструктуризацией угольной отрасли – этот вопрос обсуждался на выездном заседании расширенной коллегии Минтопэнерго Украины в Луганске. Как отмечалось, сегодня в регионе в различной стадии ликвидации находится 41 шахта, из которых на 29 завершена физическая ликвидация. За 7 лет реструктуризации из процесса угледобычи выпало почти каждое второе предприятие. Большинство шахтерских коллективов области на себе испытали всю тяжесть социальных и экологических проблем из – за несовершенства законодательной базы и недостаточного финансирования проектов ликвидации шахт. С начала закрытия до настоящего времени нет ни одной ликвидированной шахты с полным освоением средств, предусмотренных проектом реконструкции.

На сегодня по проектам закрытия шахт освоено 865 млн. грн., это 34% от сметной стоимости проектов закрытия шахт. Из них на физическую ликвидацию шахт использовано 243 млн. грн., или 48% от заложенных в проектах сумм. Если обратиться к статистическим данным, то на:

  1. природоохранные мероприятия использовано 55 млн грн, или 16%;
  2. затраты на преодоление последствий ликвидации шахт 39,5 млн. грн., это почти 20%;
  3. на проектно – изыскательные работы 25 млн. грн., это 43%.

На строительство коммунальных объектов выделено всего 9% от проектного объема, на строительство жилья 2%, на создание новых рабочих мест 10%.

Отметим, что сегодня на территории Украины закрыто в общей сложности за период реструктуризации неперспективных 400 шахт, причем свыше 300 из них были ликвидированы до 1995 года. Еще 127 были переданы под закрытие с 1996 года.

Главная и основная проблема на данный момент – финансирование. Сегодня многие шахты могли бы работать более продуктивно и развиваться, имея на это достаточное количество средств. С этой целью в масштабах страны была принята программа Уголь Украины, в соответствии с которой предусматривалось ежегодно выделять угольным предприятиям 4–4,5 млрд. грн. Фактически из государственного бюджета отрасль получает на эти цели только четверть от необходимого.

Примерно такую же сумму на поддержание шахтного хозяйства предприятия выискивают из собственных заработанных средств.

Естественно, на фоне подобных отношений с государственным бюджетом особую актуальность обретают расчеты потребителей за отгруженный уголь. В целом по Украине этот показатель в 4-м квартале 2003 года удалось довести до 97%. Однако в Луганской области он составляет 93%. А в сентябре 2003 г. уровень расчетов сократился до 83%. Ситуацию может изменить формирование оптового рынка энергетического угля, который будет действовать по принципу 100% предоплаты.

Сейчас такая схема отрабатывается на двух государственных предприятиях Луганской области Свердловантрацит и Антрацит. И если она оправдает себя, то данная система (в плане на 2006 г.) будет внедрена по всей отрасли. Еще один путь решения проблемы – завершение корпоратизации и дальнейшая приватизация угледобывающих предприятий. Средства инвесторов вполне могли бы стать существенным подспорьем для горняков. Но нынешняя форма собственности пока мало привлекательна для желающих вкладывать средства в горное хозяйство. В Министерстве уже сегодня завершается разработка законопроекта, который в перспективе должен стимулировать процесс приватизации шахт, но это все в перспективе [5].

Сегодня переход экономики государства к стагнации в условиях рынка, безусловно, ускорил принятие решений о прекращении деятельности 127 наиболее убыточных угольных предприятий, которые находятся на различных стадиях ликвидации с общей проектной стоимостью их закрытия более 7 млрд грн [1].

Проектами реструктуризации определены объемы работ и услуг, которые предусматривают комплексное разрешение всех вопросов ликвидации – погашение задолженности по зарплате, регрессных исков и одноразовой помощи, выплаты текущей заработной платы, строительство жилья, обеспечением бытовым топливом, расчеты за электроэнергию, водоснабжение, уплату платежей, налогов, строительство водоотливных комплексов, ликвидационные работы и т. п.

Выполнение этих и других мер, которые предусмотрены нормативно – правовой базой, в 5-8 раз превышают расходы на закрытие и ликвидацию предприятий в прошлом.

Надо отметить, что проектная стоимость ликвидации одного предприятия колеблется от 7 до 204 млн. грн., в среднем составляет около 70 млн. грн. и является следствием включения в проекты значительных объемов работ на шахтах, которые закрыты в предыдущие периоды.

Откровенно говоря, бюджетные средства для реструктуризации угольной промышленности в значительных объемах расходуются не на улучшение состояния шахтного фонда отрасли, а на устранение тех недоработок при закрытии и ликвидации угольных предприятий, которые накапливались десятилетиями.

Однако есть примеры иного порядка – шахты Заперевальная, Елизаветовская, Крымская и Нововолынская №7 передавались на ликвидацию с полностью «расчищенной» социальной сферой и выполненными подземными ликвидационными работами. Поэтому проектная стоимость их ликвидации составляет от 7 до 16 млн. грн, или в 5–10 раз меньше средней статистической стоимости таких работ[3].

Если суммарно взять некоторые показатели работы 127 предприятий, которые и сегодня находятся на различных стадиях ликвидации, то можно увидеть, что ими добывалось 7,6 млн. т. угля, или в среднем на одну шахту 60 тыс. т. в год. Реализовывалось угольной продукции на сумму 350 млн. грн., себестоимость добычи угля многократно превышала оптовые цены.

В общей проектной стоимости ликвидации предприятий угольной промышленности почти 65% составляют расходы по смягчению социально – экономических последствий и финансирования других затрат, из них на социальные нужды 54%. Хроническое недофинансирование потребностей на реструктуризацию угольной отрасли приводит к значительному обострению проблем и неэффективному использованию бюджетных средств. В результате на 1 июля 2003 года освоение проектных показателей по ликвидации шахт составляет лишь 46% [4].

Кроме того, одним из негативных факторов, которые приводят к неоправданному расходованию значительных средств, является не всегда обоснованный подход к проектам ликвидации предприятий, в которых обнаружено много решений, которые не отвечают реальному положению вещей, нормативно – правовой базе. Некоторые проекты ликвидации предприятий необоснованы необходимыми расчетами по строительству на соседних действующих шахтах мощных водоотливных комплексов, что приводит к увеличению стоимости ликвидационных работ [2].

Необходимо подчеркнуть и экологические аспекты процесса реструктуризации шахт Луганского региона. Из-за отсутствия достаточного финансирования территории практически один на один работают над решением экологических, социальных последствий ликвидации.

В 2003 году такая политика обернулась вспышкой гепатита в г. Суходольске, заболело 910 человек. Затраты на ликвидацию аварийной ситуации в водоснабжении города и лечении превысило 3,7 млн. грн. Из-за неудовлетворительного финансирования природоохранных мероприятий, направленных на смягчение экологических последствий, местные органы власти сегодня не могут гарантировать населению безопасные условия жизни.

Свободные, неконтролируемые воды из подземных горных выработок закрытых шахт привели к подтоплению и заболачиванию отдельных территорий в жилых и промышленных зонах Стаханово–Первомайского региона. В Краснодонском и Лутугинском районах шахтные воды значительно ухудшили качество питьевой воды.

В результате закрытия шахт в Луганской области шахтными водами подтоплено более 350 га, на отдельных территориях испорчены природные источники питьевой воды: колодцы и скважины. В настоящее время выполнены работы по устройству водоотливных установок и дренажных систем, которыми защищены от подтопления 122 га территории и построены системы водоснабжения в п. Первомайка (шахта им. Тюленина), п. Шелковый Проток (шахта Ленинка). Ведутся работы по строительству дренажной системы и прокладки систем питьевого водоснабжения (шахта Центральная Ирмино).

Особую опасность представляет вытесняемый водой к земной поверхности газ – метан. Несмотря на то, что с 2000 года уровень финансирования закрытия шахт возрос и в последующем объем бюджетных средств оставался относительно неизменным, финансирование за этот период закрывающихся шахт Луганского региона сокращалось. В 2000 году оно составляло 32,8% от общего объема реструктуризации предприятий угольного комплекса, в 2001 году – 28,3%, в 2002 году – 26%, в 2003 году – 27% [5].

Выводы по данному исследованию и перспективы дальнейших разработок. Для того чтобы выйти с критической ситуации, необходимо обеспечить высокий уровень эффективности использования средств, в максимально возможных объемах решать экономические, социальные и экологические проблемы, позволит следующее: сегодня необходимо разграничить полномочия и ответственность между центром и регионами в решении экологических и социальных проблем угольных территорий, а также ответственность по этим направлениям. Как результат, попытки локализации экологических проблем депрессивных городов и районов на региональном уровне не дали нужного результата. В этой ситуации, по нашему мнению, необходимо обеспечить финансирование процесса закрытия шахт пропорционально фактическим объемам их ликвидации в регионе, определить правопреемников закрытых предприятий, а также готовить и утверждать программы закрытия шахт после согласования с органами местной власти необходимых лимитов, к тому же включенных в государственный бюджет.

Список использованной литературы

1. 1 Довбня С. Б. Методические основы и направления реструктуризации предприятий в промышленности. – Днепропетровск: Наука и образование, 2002. – 312 с.
2. Калiніченко Л. Реструктуризація підприємств в умовах становлення ринкового середовища//Економіка України. – 2000. – № 9. – С. 89.
3. Луценко О. Реструктуризація як підвищення ефективності виробництва//Закон і Бізнес. – 2000. – № 16. – С. 61.
4. Таранюк Л. Н. Программные аспекты реструктуризации предприятий угольной отрасли Украины//Матеріали III Міжнародної науково–практичної конференції Динаміка наукових досліджень 2004 р. – Дніпропетровськ: Наука і освіта, 2004. – Том 45. – С. 49–52.
5. Доклад зам. министра топлива и энергетики Украины Корзунова А. В.//Голос Донбасса. – 2003. – № 42. – С. 4.